Скачать книгу

в формате FB2  

Скачать

в формате EPUB  

Скачать

в формате MOBI  

Скачать

в формате PDF  

Скачать

в формате TXT  

Скачать
2,0 rating

Зима, когда я вырос

Петер Гестел

1947 год. Послевоенный Амстердам. Зимний лед не только на улицах города, но и в жизни людей, стремящихся обрести хоть какое-то равновесие. Десятилетний Томас живет вдвоем с отцом-мечтателем, который переходит с одной работы на другую и никак не может смириться со смертью матери мальчика. И сын остается практически без его внимания. У каждого в этом городе в это время – по такой истории. Что их отогревает – это друзья и разговоры. Друзья Томаса – его ровесник, тихий мальчик Пит Зван, чьи родители стали жертвами Холокоста, и строгая тринадцатилетняя Бет Зван, в которую Томас влюблен.

Вместе с Томасом и его друзьями мы познаем внутренний мир людей, пострадавших от войны, и радуемся каждому лучу солнца в их жизни.

 Петер Гестел, Зима, когда я вырос — скачать в fb2, txt, epub или pdf

Читать «Зима, когда я вырос» онлайн


Рубрики: Детская проза, Зарубежные детские книги

Комментарии (41)

Обсуждение закрыто

  • Avatar

    |

    Хорошая книга для любого возраста. Читая историю дружбы трех детей, невольно вспоминаешь себя в их возрасте. Вспоминаешь то чувство когда хочется знать ответы на множество вопросов. Почему была война? Почему убивали? Почему убивали именно этих людей? А почему другие молчали? Но мир взрослых почти всегда глух к детям. Взрослые редко отвечают на подобные детские вопросы.

    Поэтому главный герой Томас узнаёт правду о войне не от папы, тёти, дяди или учителей, а от своего друга Пита Звана, которому в свою очередь всё рассказала его двоюродная сестра Бет.

  • Avatar

    |

    Амстердам. Первая послевоенная зима. Немцев называют фрицами, а Германию — Фрицландией.
    Томас все время рассказывает истории.
    Пит Зван не может представить себе своих родителей.
    Бет пойдет в гимназию послезавтра.
    Учитель в классе орет, курит и раздает оплеухи.
    Взрослые думают, что дети ничего не понимают и не чувствуют.
    Странный дом Пита Звана.
    «Пим был ее двоюродным братом, ее мама приходилось ему тетей, и мне было запрещено разговаривать про Ден Тексстрат. Когда чего-то не понимаешь, то можно спросить, но когда ничего не понимаешь, то и спросить ничего не можешь, потому что не понимаешь, с чего начать».
    Своеобразный язык книги:
    «В тот вечер, когда мамы не было дома, потому что она умерла в больнице, комнаты тоже казались мне по-идиотски малюсенькими».
    Зима, когда Томас вырос. Грустная, но светлая книга.

  • Avatar

    |

    Книга , для меня, во многом оказалась необычной.
    Повествование в ней ведётся от лица десятилетнего мальчишки, поэтому стилистика, язык соответствующие. Только такой рассказчик может сказать «К моему приходу папа побрился, и я обрадовался, что он меня не забыл»
    Дети остаётся детьми даже в самые суровые времена, они растут, влюбляются, балуются, дерутся, делают глупости, дружат и , конечно, взрослеют. Чем серьёзнее испытание , тем быстрее.
    В книге нет войны, но её дыхание ощущается во всем. Только это не привычная для нас война. Это послевоенная Голландия, далёкий Амстердам. Но кому, как ни русским, понять горе, принесённое войной. Оно одно на всех, и оно у каждого своё.
    У Томаса – ослабленная мама умирает в больнице. Только ребёнок мог мечтать так просто и так пронзительно : « Вот бы сейчас была война… вот бы опять было холодно и темным-темно на улице… вот бы на всех окнах было затемнение …- я бы тогда спал в своей комнате и слушал, как в соседней комнате переговариваются мама и папа» .

    У Бет Зван – папа, голландский еврей-коммунист погибает где-то в концлагере, а мама – голландка сходит с ума от горя и одиночества.
    Рвущий душу рассказ Бет о её прогулке с отцом в зимнем парке. «Он сидит рядом со мной и хочет мне рассказать, что его скоро убьют. Но ничего не говорит». И вдруг от этого рассказа нахлынуло своё, личное…
    Летнее утро. Я уезжаю и мы с папой говорим, говорим, говорим о ненужных, мелких вещах и улыбаемся , даже смеёмся. Мы не говорим о главном, что я уезжаю, а он остаётся. Потом во дворе, садясь в такси и всё ещё держусь из последних сил и не отрываю от него взгляда, и только , на последнем повороте , когда его фигура мелькнула последний раз, я начинаю плакать всё громче и громче, как в детстве, взахлёб и с надрывом. Но ничего уже вроде изменить нельзя, где-то ожидает меня самолёт.
    А сейчас прочитала и поняла, что можно и нужно было вернуть такси, добежать, обнять, заплакать и сказать самое важное, что я его очень очень люблю. Поздно. Не вернуться. Не обнять. Не сказать. Той зимой папы не стало.
    Самое большой горе сваливается на хрупкие плечи Пима Звана, у которого в немецких концлагерях погибают родители и многие родственники только потому, что они — евреи . Как ребёнку с этим жить? Ходить по тем же улицам, видеть прежний родительский дом, общаться с людьми , которые знали его семью до войны…?? Нельзя без содрогания читать печальный рассказ его кузины Бет о гибели и уничтожении некогда большого семейства её отца и его родственников.
    Я не смогла, как я люблю и привыкла делать, прочитать к этой книге ничего дополнительно, начинает колоть сердце. Концлагеря на территории Польши, миллионы убитых, замученных, сожженных… С каждым человеком погибла целая Вселенная.
    Антисемитизм в книге на бытовом уровне. Никто никого не убивает, может только интонация учителя меняется, когда он разговаривает с Пимом Званом. Местный хулиган может пристать на улице или крикнуть в спину обидную фразу. Нет ничего омерзительнее и отвратительнее, чем фашизм и расизм.
    Детская книга, написанная для всех у кого есть душа и сердце. Пронзительная, грустная, умная и трогательная.

  • Avatar

    |

    Впавшим в детскую романтизацию фашизма европейцам
    … хочется сказать, ребята, почитайте своих авторов, своих европейских. Прямо в нос хочется совать им эти книги. Проблема в том, что, видимо, не читают. Да, елки-палки, ведь правда, не читают или читают гаррипоттерьмо одно. Попробуйте найдите в Европе в книжных магазинах какую-то годную книжку, за исключением кое-где в близлежащих государствах существующих магазинчиков старой книги, где есть и классика, в том числе русская. Ну да надо, все-таки, обратиться к самой книге.
    Судя по качеству текста, Петер Ван Гестел действительно должен быть интересным автором. Судя по тому, как он мастерски и деликатно рассказал историю о последствиях войны подросткам, а книга рассчитана на возраст +12, детским писателем он тоже должен быть весьма годным. Из этой книги понятна и гражданская его позиция. Она идет в разрез с идеей «единой Европы». Написана (или издана) эта книга была, когда Ван Гестелу уже было 64 года. Об ужасах войны ему могли рассказать родители, бабушки и дедушки, которые ее застали. Автор четко обозначил как уже сразу после войны голландское общество, и не только голландское в Европе, поспешило отвергнуть все свои довоенные симпатии к фашизму, просто утвердив себе и другим что этой симпатии не было и все тут. Хором утверждать то, чего не было, это прием, который в Европе начал оттачиваться еще несколько веков назад. Мы видим, что фашизм-то они отрицают, но никто не отменял ксенофобию. Так, главный герой, с удивлением узнает, что есть какие-то амстердамцы, родившиеся и выросшие в Амстердаме, считавшие себя всегда голландцами, которые на самом деле евреи, и с которыми негоже знаться людям из приличного амстердамского общества. С удивлением он это узнал, потому что сам оказался взращен в семье, не страдающей такими предубеждениями. Он оказался в школе за одной партой с парнишкой, с которым, оказывается, дружил в совсем малолетнем возрасте до войны. Сам он мало чего помнил из того, что было до смерти матери. И вот, книга построена так, что паренек, который тоже узнал о том что он еврей только в следствии отношения к нему некоторых сверстников, и его сестра частично возвратили его память. Не помнить все, что было пока мама была жива, это решение главного героя, сознательно не помнить ничего, они поколебали, убедили в том, что нужно помнить что было и помнить ушедших любимых людей. Ведь им пришлось так помнить почти всю свою семью. Не правильно будет считать, что в книге еврейскому вопросу уделяется слишком большое внимание. Скорее, здесь существует попытка рассказать о том как глупа ксенофобия по расовому признаку. Тем более, детская непосредственность главного героя позволяет ему задать очень серьезный вопрос, который звучит примерно так: Если Адам и Ева были евреями, то евреями являются и все люди живущие на Земле? Так должны считать все христиане. Но ведь фашизм поддерживали не за ксенофобию. Известно как немцы отбирали «истинных арийцев» из других национальностей, отбирали их у родителей и воспитывали немцами-арийцами. Поддерживали этот самый фашизм за бредовую идею создания единой Европы. Если классики, свои же современные писатели не могут вразумить этих глупых европейцев, уж я не знаю что с ними делать…
    Книга замечательная. Единственный минус — внезапный конец.

  • Avatar

    |

    Зима 1947 года, почти два года назад закончилась долгая, выматывающая, тяжёлая и кровопролитная война, от которой люди, кажется, всё ещё не отошли. В самом деле, нескоро забудется пережитое… И от всего этого – от недавней войны, которая пока ещё не стала лишь воспоминанием, от пронизывающего холода, сковавшего льдом каналы и разрисовавшего морозом окна, люди в городе словно бы немного заморожены. Заторможены немного, как бы застыли. И всё вокруг тоже как будто застыло. Вот в таких условиях растёт и взрослеет главный герой книги и по совместительству рассказчик, десятилетний Томас Врей.

    Мне кажется, эта книга, «Зима, когда я вырос» – не только о войне, ставшей недавним прошлым, но долго ещё собирающейся напоминать о себе, и не только о становлении характера и взрослении, но и ещё о детском одиночестве. О том одиночестве, когда человек не то чтоб никому не был нужен, но когда он уже вроде бы подрос настолько, чтоб отпала необходимость следить за каждым его шагом. И вот ему обеспечивают то, что можно назвать «доглядом» – следят за тем, чтобы ребёнок был одет и обут, накормлен, чтоб он ходил в школу и делал уроки, а поговорить с ним о том, что интересно ему, ответить на занимающие его вопросы, а иногда и просто так, не по делу, обратить вдруг на него своё внимание, оторвавшись от повседневных привычных хлопот, – всего этого нет. Скорее всего, взрослым просто не приходит это в голову. Хотя взрослые окружают Томаса вовсе не плохие.

    У Томаса недавно умерла мама. Уже одно это обстоятельство способно, наверное, поставить всё в привычном мироощущении ребёнка с ног на голову. Томас остался с отцом, немолодым уже и потому, наверное, ещё и «поколенчески» далёким от сына человеком, к тому же мало приспособленным к жизни: в их квартире грязно, и часто не топлена печь, папа Томаса может заснуть в кровати, не сняв на ночь ботинок, а ещё он «выкуривает за неделю по целому ведру угля». У мальчика есть ещё тётя, мамина сестра, удивительно и до боли вроде бы похожая на маму, но всё же другая, добрая и сострадательная, но в её доме мальчику почему-то скучно и не очень уютно.

    … – Я до сих пор многого не понимаю. Если хочешь о чём-нибудь расспросить меня, то давай.– Если ты ничего не понимаешь, – сказал я с полным ртом, – то зачем мне спрашивать?

    Томас чувствует себя одиноким в классе, где у него нет друзей, хотя нет, впрочем, и врагов. Но знакомство с новеньким Питом Званом, а впоследствии с его семьёй, буквально переворачивает жизнь Томаса с ног на голову, у неё появляются новые смыслы, доселе не известные, и новые мысли и знания приходят в жизнь героя повести. Между мальчиками зарождается настоящая дружба, притом не та, которую хочется назвать «образцовой» или какой-нибудь ещё плакатной, идеальной, а вполне реальная дружба реальных детей ещё пока, много переживших и повидавших, но далеко не всё ещё понимающих. И в своём общении, в послешкольных прогулках и в ночных разговорах, когда Томас ночует у Пита, друзья как бы нащупывают постепенно некую нить жизни, что ли, которая позволила бы им уцепиться за неё и узнать больше обо всём, что их волнует и интересует, выстроить в собственной голове более целостную её картину. Томас узнаёт от Пита о холокосте, о том, как увозили людей, которые потом никогда не возвращались назад, о том, как можно было годами жить на чердаке, чтобы и тебя не обнаружили и не увезли. Обо всём этом не знал герой-рассказчик, так же как, скорее всего, и его одноклассники, дразнящие Пита Звана и как-то раз предложившие ему снять штаны. И обо всём этом и о многом другом он узнал. По моему мнению, эти дети — Пит Зван, его двоюродная сестра Бет, сам Томас, оставшиеся практически без близких в прямом смысле слова взрослых рядом, — проходящей зимой действительно взрослеют, вырастают, хоть трудом и горечью даётся им это взросление.

    Вообще, чем ещё хороша книга — Петеру ван Гестелу удалось выстроить повествование и рассказать историю настолько достоверно, что не покидает ощущение, что рассказывает обыкновенный 10-летним мальчишка. Язык очень образный, в то же время простой, немного как будто обрывочный, словно это мысли героя несутся вихрем, как они наверняка обыкновенно и носятся в детской голове. Герой то погружается ненадолго в прошлое, то описывает свои ощущения и впечатления, а то пересказывает происходящие с ним и его друзьями события и разговоры. Я не совсем согласна с теми, кто считает эту книгу не слишком динамичной. На мой взгляд, повествование движется вполне энергично, ведь как-никак герои книги и рассказчики — дети, и проникнуто оно соответствующим внешней обстановке настроением: немного холодным, чуть застывшим и как бы потерянным духом неустроенности.

    Я считаю, что книгу стоит читать детям приблизительно в возрасте героев (10-12 лет), а также подросткам. Взрослым тоже небесполезно, мне кажется, её прочесть, и не только тем, кому интересна тема Второй мировой войны и её отражении на жизни людей, но и родителям — проникнуться миром уже подросших, но ещё не повзрослевших детей. Всё же это удивительно проникновенная книга.

  • Avatar

    |

    «- Когда ты молод, — сказал Мостерд, — то горе — это птичка, которая пролетает мимо. Когда ты стар — это гадюка в траве, которая гложет тебе сердце и не отпускает.»

    В последнее время мне попадается много детских книг, написанных в том числе для взрослых. Но далеко не все несут в себе какой-то важный посыл. Этак книга могла бы стать хорошей, если бы не некоторые НО. Тема взросления показана на примере десятилетней мальчика.

    Томас живет вдвоём с мамой, на улице зима 1947 года, Голландия. Отец у мальчика непутевый, мама недавно умерла от болезни. Поэтому периодически ребёнок живет у сестры мамы, своей тёти. Однажды отец решает уехать работать в Германию. Так мальчик переезжает к тёте. Примерно в это же время к ним в класс приходит мальчик Пит Зван. Так между детьми возникает симпатия, которая перерастает в дружбу.

    Не стоит ждать от книги каких-то динамичных событий. Эта книга — взросление. Книга — жизнь. По сути здесь даже и сюжетной линии какой-либо я не увидела. В эту зиму дети много общаются и рассуждают. Они обсуждают войну, свои потери, голод, холод, чувства, первую любовь (в 10 лет???). Но тем не менее они остаются детьми.

    Слог у книги слишком монотонный. А сама атмосфера мрачная и беспросветная. Безусловно, такие книги нужны, но мне кажется здесь перебор. Хоть автор пытается вписать в книгу какие-то счастливые моменты, это выглядит лишь жалко пародий на счастье. Хотя мне всегда казалось, что в 10 лет дети не могут быть так глубоко несчастны. Слог действительно унылый. Персонажи и их печи казались картонными (именно сюда это слово подходит идеально). Вроде бы автор пишет о переживаниях, но выглядит это будто никто лично эти горести и беды лично не прожил.

    Люди, которые пережили войну (если не брать в расчёт главных персонажей — детей) в книге практически не показаны. У меня абсолютно не было ощущения, что я читаю книгу именно о послевоенные времени. Хотя автор и пытался это донести.

    В целом весьма занудное чтение, унылый слог, ноль атмосферы. Поставьте любой город — ничего не изменится. Но что-то в этом есть. И уверенна, что книга может найти своего читателя. Вот я не её читатель. Но я и не расстраиваюсь!

  • Avatar

    |

    Дорогие мамы и папы, если вашим детям 11-12 лет — смело давайте читать им такие книги. Читайте вместе с ними, обсуждайте, отвечайте на вопросы и рассказывайте, что такое нацизм, кто такие евреи, что за оранжевые треугольники и почему люди прятались, бежали, меняли имена, отдавали детей и не возвращались…
    Это прекрасно, что вы любите своих детей, но одного того, что вы целуете их, чуть ли не в попу, мало, чтобы они выросли Хорошими людьми.
    Давайте им «пищу для ума», поощряйте и наказывайте, приучайте к самостоятельности и отзывчивости, играйте с ними, развивайте их навыки. А главное, говорите с ними. Почаще и подолгу. И читайте вместе с ними Хорошие книги. Серьезные книги.

    Итак, «Зима, когда я вырос» — Книга о Томасе и его друзьях — еврейском мальчике Пиме и его двоюродной сестре Бет.
    Томас — год назад потерял маму, его отец уехал работать в другой город оставив сына тете Фи. Веселый и смышленый мальчик живет обычной жизнью. Школа, детские книжки, прогулки по городу. Однажды двери класса открываются и на пороге появляется мальчик. Замкнутый, очень серьезный и по-взрослому рассуждающий — Пит Зван.
    Понятно, что спустя «пару страницу» два мальчика станут друзьями. Но несмотря на легкость с которой ребята сошлись, для Томаса остается еще много вопросов. Почему Пим почти никогда не смеется? Почему нельзя говорить об улице Ден Тексстрат? Где его родители? Что с ними случилось?
    Даже затрагивая серьезные темы, книга может заставить читателя смеяться .

  • Avatar

    |

    Я балдела от счастья и беззаботности когда читала эту книгу, и была немного озадачена, что она входит в категорию детской литературы. Мне кажется не совсем она не детская, эта книга написана для взрослых- которые хотят вспомнить и пережить заново все детские воспоминания.

    Вся книга написана простым и легким языком, а всякие простые цитаты и выражения просто сводят с ума:

    — Лето — никчемное время года, да?

    — Она страшна как смертный грех.

    — Я слушаю тишину, среди шума, Томас.

    -Обещание, данное в залитом солнцем парке, можно смело забыть

    -Грозная Бет- вот это мне повезло! Оттого что она бранила меня, я весь дрожал от радости!

    — Мне казалось, что я сейчас сойду с ума от счастья

    Все так легко, просто искренне, как в детстве- главный герой вел себя искренне, чего так не хватает взрослым, которые каждый день одевают маски в зависимости от места и времени прибывания… КАК ЖЕ ОТ ЭТОГО УСТАЕШЬ!!!
    Я наслаждалась прочтением этой книги, можно сказать немного оглянулась на свое детство, и поняла что была больше счастлива чем сейчас. Немного завидовала этим детям и с сожалением смотрела на заснеженный двор, грустила что никто не гуляет так как Томас Врей, Пим Зван и Бет, потому что не до прогулок современным детям, по застывшему Днепру и белым улицам…Съелось все новейшими технологиями, даже детство.

    Зима не повод для радости для выросших детей.

    П.С. Я писала это для себя, чтобы было что вспомнить.

  • Avatar

    |

    «Спрашивай, — сказали они, — мы тебе всё расскажем. Ничего не знать – это хуже всего».

    Послевоенный Амстердам. Десятилетний Томас, у которого иногда на ужин одна картофелина и папа, рассеянный, оплакивающий смерть жены, вечно пишущий свой роман. Пит и Бет, встречающие поезда из Польши, в надежде, что вернутся родные. И жизнь, которая продолжается. Война прошла. Всё. Взрослые живут дальше в этом кошмарном мире, где уничтожен довоенный быт, а дети живут без всякой опоры на прошлое, потому что для уроков истории, где все причины войны, гитлер атата, победа будет за нами, — вот для этих тем учебники еще не написаны.

    Среди подростковой литературы, написанной в 21 веке на военную тематику только «Облачный полк» Веркина и вот «Зима» — это про настоящее, про войну без прикрас. И если человек лет 11-12 эти книги прочитал и задает вопросы, наверное он не безнадежен и с ним можно иметь дело. Я не оговорилась, Зима про войну, поскольку без войны и этого страшного послевоенного наследия не было.

    И вот с одной стороны малыш Томас, смышленый, веселый, обычный мальчик, и он не понимает. Почему одноклассники и учитель косятся на их нового одноклассника Пита Звана, почему обзывают, почему зажимают в подворотне и хотят снять с него штаны. Что такого в письке Звана, что над ней надо смеяться этим грубым детям. Почему его друг Зван бывает так грустен, почему он до войны жил в одном доме, а сейчас там живут совсем другие люди и едят с тарелок родителей Звана?

    А с другой стороны Пит Зван, который потерял родителей, потому что они что? Как вышло, что до войны его отец был голландцем, родившимся, жившем, работавшем. Как в одно мгновение он стал парией и евреем? Как можно ходить по этим улицам и чувствовать на себе эту отметину, которая как звезда давида, только незрима.

    Наверное, нужно быть королем Дании, чтобы на приказ о том, что все евреи страны должны носить на одежде этот плевок, выйти на утро в пальто с желтым клеймом. А простые люди отводят глаза, самые свинорылые расширяют за счет согнанных в гетто свою жилплощадь, и никто не думает, как мы будем смотреть на себя в зеркало, когда всё это кончится.

    Такие книги нужны, потому что вопросы остались, понимаете? Благодарить можно и нужно, а гордиться нечем, не нам с вами гордиться. Нам людей воспитывать, которые думать должны, а не оголтело ленточки повязывать и даты сражений бездумно зубрить.

  • Avatar

    |

    Динамичный сюжет, но это не детектив. Страшные, грустные и смешные события одновременно, но это не детская страшилка. В этой КНИГЕ есть ВСЁ. Хочу рассказать о КНИГЕ, от которой НЕ МОГЛА ОТОРВАТЬСЯ, и после прочтения находилась под волнующим и незабываемым впечатлением.
    КНИГА «Зима, когда я вырос» о войне, но ни пулеметных очередей, ни танковых атак, ни раненных и убитых на страницах вы не встретите. Ведь события происходят уже в послевоенное время в 1947 году, в Голландии. Фактически война уже позади, но она незримо присутствует. Это чувствуется не только по судьбам главных героев – Томасу, Питу Звану и Бет, которых война лишила родных людей – родителей. Всех жителей замерзшего Амстердама эта снежная и студеная зима словно заковала в свои холодные оковы грусти и утраты. Они словно приходят в себя после оккупации, голода и Холокоста.
    Главные герои – подростки, которые успели ощутить на себе тяжесть военных лет. Повествование ведется от лица 11-летнего Томаса, потерявшего маму в последний год войны. Она умерла от тифа и мальчик остался жить с отцом. Отец мальчика – писатель, кроме сложения слов, не умеет ничего – ни найти дров, ни раздобыть пищи, ни устроиться на работу. И если бы не тетя Фи, сестра умершей матери Томаса, то несладко пришлось бы мальчику без женской опеки и ласки.

    У Пита Звана и его кузины Бет совсем другая история. Хоть и жили они в том же городе, что и Томас, но как будто находились совсем в другой реальности.Томасу не сразу становится понятным, почему Пит всегда держится обособленно и почему в школе его, то ли жалеют, то ли недолюбливают? Почему в комнате Бет на столе выставлена целая галерея фотографий, но изображенных на этих снимках людей уже нет в живых? Почему мама Бет, боится ночей и не хочет ничего вспоминать? Почему в прежнем доме Пита живут чужие люди? Почему мальчику пришлось во время войны прятаться в деревенском доме и опасаться каждого стука в дверь? Юный герой книги не сразу понимает, что вообще произошло в семействе Званов.
    Но, не смотря на свои печальные воспоминания, страхи, обиды и разочарования дети остаются детьми. И катаются в трамвае, и заглядывают в чужие окна, и слушают пластинки, и едят у теплой печки двойные бутерброды с джемом, и в темноте спальни при тусклом свете свечи делятся своими большими и маленькими секретами, читают книги и даже влюбляются.
    Меня, наверное, как библиотекаря очень удивил эпизод посещения в библиотеку Томаса и Пита. «У них здесь только о послушных детях. Однажды я спросил у библиотекарши, где стоит книжка «Бычок и Дылда». Она чуть не упала в обморок».
    «Почему здесь у вас цензура? – спросил Зван. — Не понимаю, о чем ты говоришь, мальчик, – сказала тетенька. У нас производится тщательный отбор книг, с педагогической точки зрения, да-да, здесь есть книги, которые можно читать для развлечения, и книги поучительные. Мы отделяем зерна от плевел. — А комиксы – это, конечно, плевелы? — Не хочу о них даже разговаривать!»
    А я думала, что такое было только в детских библиотеках в советские времена…..

    Анна Сайченкова

  • Avatar

    |

    Когда она вызвала меня читать текст по хрестоматии и я прочитал его громко и с выражением, она сказала: «Зря стараешься, тут не театр, у нас так не принято».

    Настолько же очаровательная книга, насколько и тяжелая. Вторая половина 40-х годов. Война закончилась, а человеческие беды, переживания, страхи, трагедии — нет. Страдания главного героя, маленького Томаса, Томми, только начинаются, когда он теряет мать. Им с отцом приходится переехать в другой город, мальчик растерян и всюду не к месту. Убитый горем отец постепенно отдаляется от него, что неудивительно, но печально. Тетя не может заменить ему мать, а девочка, в которую он влюблен, даже не смотрит на него. А потом он знакомится со Званами — чудесным озорным Питом и его сестрой…
    …эту книгу, я считаю, надо прочитать всем. Не детям, но по крайней мере подросткам, молодым людям, взрослым. Она написана простым, легким, приятно читающимся слогом, о чем-то, казалось бы, таком же простом, легком, понятном, обыденном, но сквозь призму послевоенного времени и детство мальчишки, который остался сначала без умерший матери, а потом и без уехавшего в Германию отца, это все видится по-особому. У главных героев свои простые мелкие радости и волшебство, и это подкупает: их по-детски чистая способность находить чудеса в окружающих вещах, превращать все — в увлекательное приключение. Эта книга тяжелая, безусловно, но все-таки светлая, искренняя, душевная, трогающая до самого сердца.

  • Avatar

    |

    В целом меня книга не зацепила. Не сильно складываются отношения с голландской литературой. Ну да ладно)
    На дворе 1947 год. Жизнь на разрухе войны. Мальчику Томасу 10. От болезни у него умерла мама, остался лишь непутёвый отец да тётка, которая как умеет, заботится о нём. Внезапно отцу предлагают должность в отделе цензуры в Германии (вскрывать и читать переписку). Он соглашается и уезжает, оставив сына на тётю Фи. Сейчас мальчику тяжело и одиноко как никогда, потому так здорово, что он завёл знакомство со Званами, двоюродными братом и сестрой. С ними они теперь ведут совсем недетские разговоры о жизни…
    Язык книги очень монотонный, события нединамичные. Всё, что окружает детей, серо и убого, лишено красок и тепла. Что школа, что холодные улицы Амстердама, и даже дома пустынны и угрюмы. Ярких персонажей здесь нет. Важны лишь мысли автора, что он вкладывает в эти многочисленные диалоги. Книга депрессивная.
    И у нее были шансы мне понравиться, так как я все же заскринила себе с десяток крутых фраз. Но вот главный герой оказался вообще не близок по духу. А скорее, даже отталкивающим. Даже на рисунках он мне не понравился.

    Говорят, человек всегда становится не тем, кем хотел.

    Я не мог для себя решить: это он идёт со мной или я иду с ним?

    Читать только в холодное время года и быть готовым к мощному потоку грусти.

  • Avatar

    |

    Неспешная, пронизанная болью и светом воспоминаний книга.
    Кажется, что время останавливается в холодном, насквозь промерзшем Амстердаме, где встретились трое детей. Такие разные, они смогли сблизиться настолько, что расставание становится настоящим переломом для каждого из них. Возможно, их сблизила горечь потерь, возможно,-тот самый пресловутый возраст, а может само Провидение.
    Неспешный, неторопливый текст создаёт ощущение полусна. Вот трое ребят шумят и откровенничают у камина, а вот они уже бегут по заснеженной улице! И вдруг вздрагиваешь от того, что неспешно подкрадываются призраки прошлого и разрушают хрустальную хрупкость этого мира.
    Я не берусь судить о том, насколько прекрасно данное произведение, о глубине его смысла или эмоциональности. Просто отмечу, что очень рада тому, что наконец-то прочитала его!

  • Avatar

    |

    Еще одна история о евреях во время второй мировой. На этот раз глазами маленьких детей, потерявших родителей. Книга получилась совсем не детской, возможно, ребенок и поймет что-то, скорее расстроится (я бы точно поплакала, при мысли о том, что вдруг не станет родителей), но, вероятнее всего, история пройдет мимо. Так что этак детская книга написана для взрослых.

    Герои истории: Томас, Зван и Бэт – двое полусирот и круглый сирота или еврей, полуеврейка и не еврей. Для них нет разницы, кто они, какой нации, веры или цвета кожи. Они просто дети, которые хотят быть детьми, но обстоятельства сложились так, что даже в 13 лет Бэт выглядит как учительница, а Зван в 10 лет – маленький старичок.

    Дети страдают от того, что не помнят или не знают о событиях, происходивших рядом с ними, взрослые скрывали от них все самое страшное, но незнание страшнее. Мне кажется, именно это автор хотел рассказать – надо помнить, надо знать и понимать причины и следствия.

    Но в то же время, эта книга примирительная. Дети остались сиротами, родителей им никто не вернет, но и в Германии люди нищие, обездоленные, над ними властвует английская цензура. Победителей в войне нет, проиграли все в той или иной мере.

  • Avatar

    |

    Петер ван Гестел родился в Амстердаме в 1937-м году. Когда шла война, он был совсем ребенком. Я не берусь фантазировать, помнит он или нет оккупированные Нидерланды, однако роман «Зима, когда я вырос», который он написал в 2001-м году, именно об этом — он о детской ускользающей памяти, о том, как легко забыть страшные военные нацистские годы, но, вот странность, забывать не хочется, хочется всеми силами вспомнить.

    Главный герой «Зимы…» — нидерладский одиннадцатилетний мальчишка Томас или Томми, полусирота, поскольку потерял маму в последний год войны от тифа. Его папа странный творческий человек, растерянный писатель, мечтатель, фантазер, таких в нашей русской литературе традиционно называют людьми маленькими или лишними. Папа никогда не говорит о маме, он читает Томасу странную книгу воспоминаний, машет ему долго-долго, уходя из дома, словно никогда не вернется, и почти не слышит и не слушает, ну или делает вид, просто не говорит многого, что знает. Вот веселый, любящий шутить и выдумывать небылицы Томас и вырастает в неведении, что было в Амстердаме за эти пять военных лет, почему людей в городе стало намного меньше (не из-за тифа или голода) и кто такие евреи.

    Зимой 46-го в класс к Томасу попадает новенький Пит Зван. Томас никому не говорил больше года, что его мама умерла, школьные мальчишки его дразнили, а он: «Я маме расскажу!» И вот когда завуч на весь класс объявляет о том, что Томас потерял маму, Зван начинает им интересоваться. Странное полусоперничество мальчишек, — бег наперегонки по заледенелым каналам Амстердама, флирт с самой красивой девчонкой, — постепенно перерастает в крепкую дружбу. Папа Томаса уезжает в Германию, получив новую должность, а Томас остается на попечение маминой сестры, тети Фи, а после, волей случая — переезжает к Звану, где знакомится с его странной, но очень красивой сестрой Бет, строгой и в очках, и с еще более странной тетей Йос, интеллигентной неврастиничкой, которая не выходит из дома сутками, глотает таблетки, но принимает мальчика душевно и способствует его переселению в одну комнату с Питом.

    Постепенно Томасу открывается тайна этого семейства. Он узнает, почему нельзя говорить о доме на улице Ден Тексстрат, кто все эти люди на многочисленных фотографиях в комнате Бет, почему у Пита нет родителей, а у Бет — отца, и что происходило в Восточной Европе, почему единицы вернулись, а многие нет, и что значат оранжевые повязки, страх, прятки от немцев и полное, пустое, дикое, страшное одиночество, от которого Бет мечтает уехать в Палестину и вместе с другими такими же основать новое государство евреев, а Пит сбегает в Америку к дяде Аарону, в Бруклин, где наконец-то встречает узниц концлагерей и расспрашивает обо всем, потому что в другой стране об этом не говорили. А говорить очень хочется, потому что хочется вспомнить, ведь Пит своих родителей видел последний раз, когда ему было всего четыре года.

    Эта книга словно фильм. И если бы выбирать кого-то режиссером, то я бы выбрала Вуди Аллена, хоть он и не снимает подростковые фильмы, а ведь, казалось бы, очень обидно, у него бы прекрасно получилось. В этой книге есть отведенный на дружбу срок, есть недомолвки и много шуток, смешных и грустных, есть много вранья и выдумок, есть затаенная боль и счастье, есть крепкая дружба и больное расставание (приравненное к смерти), есть столько боли, которая рассказывается через светлую грусть и улыбку, через детское счастье и мгновение прекрасного дня, потому что герои — дети, они дети, у которых незаслуженно отобрали родителей, с которыми нацизм сделал страшное — оборвал их корни, отобрал любимых маму и папу, и как жить в таком мире без самых любимых людей? Как?

    Это дико странное, больнОе и бОльное произведение, оно вымораживает снегом и льдом, оно создает ощущение безысходности, прохудившихся одеял, нетопленных комнат, но одновременно одной двуспальной кровати, куда можно, нарушив правила, забраться на одну ночь спать втроем и получить миг счастья, миг искреннего счастья на всю оставшуюся жизнь, когда ты не одинок, у тебя есть друзья, они рядом и ты готов им всё-всё рассказать без утайки.

    За эту зиму Томас взрослеет, а Пит и Бет, наоборот, находят кусочек детства, благодаря Томасу, его наивному взгляду, смеху и дурацким шуткам, эти маленькие люди, перенесшие столько боли, в свои 11-ть и 13-ть лет становятся наконец детьми.

    Потрясающая вещь получается у Гестела. Знаете, я читала столько книг о Холокосте, но до сих пор не могла понять, откуда идет то сокровенное желание евреев создать свою страну. И тут я поняла. Оно идет из глубины души, из воспоминаний о маме и папе, которых больше нет, из воспоминаний о близких людях, которых уничтожали в эпоху «крестовых походов» и европейских гонений, в эпоху погромов в России, а после в эпоху нацизма, это чувство единения идет из времени, когда все мы такие потерянные, такие одинокие ежедневно боремся и кажемся сильными, но инстинктивно ищем дом и родительское тепло — это чувство идет из детства.

  • Avatar

    |

    Вот сижу я тут, ем нектарины и булочку, да запиваю все чаем, а в голове порой появляются мысли о проблемах в моей жизни. Но по сути, эти проблемы — мелочь, а были, есть и будут люди, которым намного хуже, чем мне сейчас. Не раз думала об этом, но книга «Зима, когда я вырос» Петера ван Гестела снова заставил меня задуматься над этим вопросом.

    1947 год, Вторая Мировая Война закончилась, но это не то, что может закончится ежесекундно. Люди, прошедшие через трудности войны уже не станут прежними. Многие матери потеряли своих детей, жены не дождались мужей. Многие дети стали сиротами или же лишились одного из родителей. Главный герой книги, Томас, десятилетний мальчик, потерял свою маму уже после войны, и жил с отцом. Работы было мало или не было вовсе, голод, холод, все продолжалось, несмотря на то, что война уже закончилась. Потом в класс к Томасу приходит новичок — Пит Зван. Кто же этот странный мальчик? О чем он постоянно думает?

    Война оставила отпечаток в каждой семье и эта книга как-раз и рассказывает нам о судьбах нескольких семей. Она не похожа на банальные книги о военном и послевоенном времени, потому что рассказ идёт от имени мальчика, который старается жить дальше. Она не создана для того, чтобы читатель, читая её грустил, там будет и место для улыбки и место для слез.

    Ставлю 5/5, очень советую эту книгу, как взрослым, так и детям!

  • Avatar

    |

    Книги о войне всегда мне тяжело даются. Как оказалось, книги о послевоенном времени — не легче. И вроде бы война уже кончилась (на дворе — зима 1947), но все равно — ощущение безысходности, горя, тоски. И у всех это горе своё. 10-летний Томас, мечтатель и романтик — полусирота, его мама умерла сразу после войны, в декабре 45-го. Отец — тоже мечтатель и романтик (да еще и творческий человек), только взрослый. И от этого ему наверно еще тяжелее — он никак не может приспособиться к этой жизни, переживает смерть жены и совсем отдаляется от сына. И растет Томас совершенно один — без друзей и, фактически, без родных. Есть, конечно, добрая и заботливая тетя Фи, но это не совсем то, что нужно одинокому ребенку. Ситуация меняется, когда в классе появляется новенький. Такой же одинокий, такой же изгой — Пит Зван. Умный, рассудительный, рано повзрослевший. У него и у его кузины своя трагедия — их родители стали жертвами Холокоста. И вот эти трое друзей, таких разных и непохожих, становятся очень нужны друг другу. В это непростое время они умудряются жить полной жизнью, находить радость там, где ее нет.
    Вот только конец у книги немного печальный. Но это такая светлая печаль, потому что понимаешь, что дети за это время очень изменились, изменились их взгляды, мысли. Они повзрослели. Может быть — очень рано. Но в то время, наверно, по другому и нельзя было.
    А еще особенно хотела отметить иллюстрации. Немного угловатые, в оттенках серого, но они очень хорошо передают атмосферу книги.

  • Avatar

    |

    Еще одна книга про детей и войну. Только здесь дети из далекой Голландии, а война уж кончилась два года назад, но ее эхо в Европе будет звучать еще много лет. В Амстердаме зимой очень холодно, стылый ветер с каналов, постоянные метели, а дома нет дров, чтобы отопить комнату и окна разукрашивает морозом. Чтобы согреться приходится в постель класть грелку, или ложиться спать вдвоем с другом, если ночуешь вместе. Вдобавок к этому постоянно хочется кушать, но кроме вареной картошки часто нет ничего.
    У Томаса от болезни недавно умерла мама, и они остались вдвоем с отцом, которой больше писатель, чем отец. В школе Томас нелюдимый одиночка, предпочитающий больше общество книг, чем сверстников, но когда к ним приходит новый мальчик, Пит Зван, они становятся друзьями. Пит тоже не такой как все, он еврей, и все вокруг об этом помнят, несмотря на то, что по идее уже должны были бы оставить евреев в покое. Антисемитизм так быстро не выветривается из общества, как и память о том, как погибли его родители. Пит вместе с Томасом слушают в пустой холодной квартире композицию «Sonny Boy», которая ассоциируется у него с родителями и постепенно рассказывает нам свою историю.
    Книга очень атмосферная, холодная, полная какой то особенной грусти, со всеми оттенками серого цвета. Глазами 12-13 летних детей показано одиночество, холод, голод, потери и смерти. Но все таки дети остаются детьми несмотря на то, в какую историческую эпоху они живут и что в ней происходит. Они дружат, шалят, влюбляются, разговаривают, шутят и рассуждают о том, что порой даже не может понять взрослый человек.

  • Avatar

    |

    Не хочу оскорбить ничьих нежных чувств, но мне книга не понравилось.
    Поначалу мне казалось, что книгу пишет взрослый, плохо умеющий мыслить, как ребенок, потом — что ребенок, пытающийся рассуждать как взрослый. Всё время я ждала какой-то неожиданной развязки, всплытия каких-то неожиданных фактов, но даже когда я добралась до трагической составляющей, меня это не шокировало, не тронуло, не пробрало, — хотя я в общем-то впечатлительный человек.
    Каждому — своё, как говорится.
    Кому-то книга понравилась, кому-то — нет.
    Кому-то пришёлся по духу главный герой, взбалмошный, нетерпеливый и беспардонный, — кому-то зубы от него сводит. По мне так можно было передать смятение и непонимание в юной душе, выбрав более… умного, что ли, героя? Для своего возраста он всё-таки слишком ребенок.
    Всю книгу меня не покидало ощущение недосказанности, нелогичности и фальши — у взрослых заговоры от детей, у детей заговоры друг от друга, — все вперемешку, всё вповалку, поражающе спокойный и отстраненный от Вселенной отец, шокирующе жестокие (хоть и реальные для того времени) учителя, конец, повисший в воздухе и город — огромный город с замерзшими каналами, в котором мне так и не встретилось человека, которым хотелось бы восхищаться.
    О главной теме книги можно было бы рассказать как-то… не знаю, как-то проще, что ли. Приземленнее. Открытее.
    Вспомнилась повесть «Серебряные коньки» — наверное, потому что там действие тоже происходит в Голландии. Там тоже много несправедливости, но дети там мыслят складно и, несмотря на свой возраст — трезво.
    Не мой жанр, видимо. Слишком много философии, облеченной в какой-то абстрактный разум.

    П.С. Оказывается, книга очень даже новая, — а мне казалось что я читаю потрепанный томик советских времен. Тогда понятно.

  • Avatar

    |

    Climb up on my knee Sonny Boy
    Though you’re only three Sonny Boy
    You’ve no way of knowing
    There’s no way of showing
    What you mean to me Sonny Boy.
    (слова из песни «Sonny Boy»)

    «Зима, когда я вырос» — особая книга. В ней особое настроение. Его помогает воссоздать особая песня, упомянутая в начале романа. Я нашла песню «Sonny Boy» на просторах интернета — это щемящий душу блюз. Жаль, у меня нет возможности прослушать ее на моем новомодном патефоне. Теперь эту пластинку не найти. «Sonny Boy» была исполнена Al Jolson в далеком 1928 году, но зацепила меня в самое сердце в нашем современном настоящем – январе 2016 …

    А еще в этой особой книге совершенно особые иллюстрации, созданные прекрасной российской художницей Юлией Блюхер. Они тоже помогают воссоздать особое настроение.

    Так получилось, что я читала эту книгу зимой. События, описываемые в ней, происходят тоже зимой. Правда, зима там также особая – голодная и холодная зима 1947 года.

    — Почему ты не ешь? — спросил я.
    — Я уже ел вчера.
    — Это старая шутка, я ее знаю.
    — Этого-то я и боялся. У меня нет для тебя новых шуток, ты слышал уже все мои шутки.

    Читая книгу, мы знакомимся, казалось бы, с совершенно обычными детьми 10-13 лет, разница лишь в том, что современные дети – сытые, веселые, согретые теплом и любовью своих родителей. В романе, напротив, дети не понаслышке знакомы с болью утраты и одиночеством. Поэтому дети тоже особые.

    — Мой папа — чудик.
    — Именно по таким папам и скучают.

    Несмотря на особое настроение в книге – тоскливое, щемящее, – в произведении совершенно особый юмор. Невозможно не наслаждаться!

    Мне вот всегда очень обидно вылезать из ванны с совершенно чистой водой. Какая у меня скучная жизнь, думаю я тогда.

    История, рассказанная в романе, может показаться слишком обычной. Мы – взрослые – все когда-то, так или иначе, повзрослели. Правда, случилось это, наверное, незаметно для нас самих. Повзрослеть можно разными путями: дождаться совершеннолетия, влюбиться, потерпеть первое серьезное разочарование… А можно повзрослеть быстро, просто однажды узнав правду.

    «Спрашивай, — сказали они, — мы тебе все расскажем. Ничего не знать — это хуже всего».

    When I’m old and grey dear
    Promise you won’t stray dear
    For I love you so Sonny Boy.
    (слова из песни «Sonny Boy»)

  • Avatar

    |

    Зима, когда я вырос… Расти можно по-разному, можно расти ввысь, можно расти вширь, а можно духовно, морально. Именно о последнем виде роста и говорится в книге.
    Обычный, казалось бы, мальчуган Томас. Немного хулиган, немного голодный, нет, вру-действительно голодный. А кто не голодал во время войны, да и после войны? Как и многих, эта злосчастная война забрала у Томаса близкого человека-мать. С тех пор отец мальчика ушел в себя, работал, работал, работал, иногда общался с друзьями и лишь иногда улыбался собственному сыну. Отец-писатель, он многое знает, но никогда не говорит долго с сыном. Да и вообще, у отца горе! Очень жаль мальчика, которому так не хватает внимания.
    Конечно, в 10 лет все испытывают любовь. Но такую непостоянную, неопределенную. Вот и Томас влюбился в одноклассницу, которая не обращает на него внимания. В общем, у мальчишки хватает проблем. Да вдруг в класс приходит новенький. И имя такое у него благозвучное-Пит Зван. Завязалась дружба, аккуратная сначала, настороженная. Но у ребят оказалось много общего. Например, потеря близких, Зван потерял мать и отца.
    В один прекрасный день отец Томаса переезжает на работу в другой город, а главный герой остается жить у тети. Продолжает успешно дружить с Питом, бывает в гостях у друга, знакомится с сестрой Звана иииии влюбляется в строгую 13-тилетнюю Бет. Некоторое время герой по предложению тетушки Звана, которая, к сожалению, больна, живет у них дома. Долго беседуют друзья перед сном. Тут-то и понимаешь фразу «устами младенца глаголет истина». Такие маленькие, а уже смышленые дети. Взрослые еще не понимают того, что им пришлось пережить. Какие невзгоды их ждали не только во время войны. но и в послевоенное время.
    Взросление происходит в те моменты, когда Томас осознает к чему привела война на самом деле. Зачем пришла война? Почему погибли люди? Герой узнает эти истины не от отца, а от друга, друга, который стал очень близким человеком. А вместе с Томасом взрослеем и мы…

  • Avatar

    |

    Зима, когда я вырос… Расти можно по-разному, можно расти ввысь, можно расти вширь, а можно духовно, морально. Именно о последнем виде роста и говорится в книге.

    Обычный, казалось бы, мальчуган Томас. Немного хулиган, немного голодный, нет, вру-действительно голодный. А кто не голодал во время войны, да и после войны? Как и многих, эта злосчастная война забрала у Томаса близкого человека-мать. С тех пор отец мальчика ушел в себя, работал, работал, работал, иногда общался с друзьями и лишь иногда улыбался собственному сыну. Отец-писатель, он многое знает, но никогда не говорит долго с сыном. Да и вообще, у отца горе! Очень жаль мальчика, которому так не хватает внимания.

    Конечно, в 10 лет все испытывают любовь. Но такую непостоянную, неопределенную. Вот и Томас влюбился в одноклассницу, которая не обращает на него внимания. В общем, у мальчишки хватает проблем. Да вдруг в класс приходит новенький. И имя такое у него благозвучное-Пит Зван. Завязалась дружба, аккуратная сначала, настороженная. Но у ребят оказалось много общего. Например, потеря близких, Зван потерял мать и отца.

    В один прекрасный день отец Томаса переезжает на работу в другой город, а главный герой остается жить у тети. Продолжает успешно дружить с Питом, бывает в гостях у друга, знакомится с сестрой Звана иииии влюбляется в строгую 13-тилетнюю Бет. Некоторое время герой по предложению тетушки Звана, которая, к сожалению, больна, живет у них дома. Долго беседуют друзья перед сном. Тут-то и понимаешь фразу «устами младенца глаголет истина». Такие маленькие, а уже смышленые дети. Взрослые еще не понимают того, что им пришлось пережить. Какие невзгоды их ждали не только во время войны. но и в послевоенное время.

    Взросление происходит в те моменты, когда Томас осознает к чему привела война на самом деле. Зачем пришла война? Почему погибли люди? Герой узнает эти истины не от отца, а от друга, друга, который стал очень близким человеком. А вместе с Томасом взрослеем и мы…

  • Avatar

    |

    Почему я этого не знал? Почему никто никогда не рассказывает мне того, что для меня важно? Почему я до всего должен доходить своим умом?

    Для меня в этих вопросах суть всей книги. Очень хорошей книги! Из которой про 10-13-летних детей можно узнать больше, чем из объемного труда по детской психологии.
    Роман написан простыми предложениями и «простыми мыслями» — и это так сильно, что поверить невозможно.
    Замечательно рассказано, как умеют дети… знать. Как они по-своему понимают, иногда больше, чем взрослые. Как остро и при этом жизнеутверждающе, разумно они переживают. Как умеют вспоминать будущее и воображать прошлое.
    И насколько беспомощны взрослые. Которые начинают войны, держат нейтралитет, всё равно не могут защитить ни себя, ни детей. Но самое главное, не могут объяснить, почему и зачем. Ни себе, ни детям.

  • Avatar

    |

    По описаниям и отзывам я ждала крайне сильной истории. Трудной, тяжелой, но хорошо написанной и пронзающей. Автор взял крайне сложную и тяжелую тему — дети и война, дети и горе. Но тема, как я понимаю, им прожита лично и потому вроде как должна быть понятна до боли. Но так деревянно написано, боже мой, ну просто такие картонные персонажи! Одна картинка перед глазами — люди и дети — роботы или зомби, которые ходят туда-сюда и произносят заученные фразы, которые им когда-то написали на листочках.
    Возможно, в этом и была задумка автора — погрузить нас в непроглядный, черный, мрачный мир послевоенной жизни. Но уж слишком дети — «недети»… Они почти взрослые, они просто существа, не знаю, но не дети. По крайней мере,если верить автору, как он с ними обращается.
    Конечно, радоваться нечему, особенно Томми, у которого недавно умерла мама, живет он с папой, который сам хуже ребенка. Живут они трудно, а тут еще и неприятности в школе, Томми далеко не любимчик в классе, его постоянно задирают и обижают. Взросление через боль. Но детство на то и детство, что радость к жизни перебарывает, пробивается сквозь стену. Тут же никакой надежды.
    Знакомство с таким же «другим», пусть по иной причине, Питом Званом и его сестрой Бет становится для Томми выходом. История их дружбы длиной в одну зиму и составляет сюжет книги.
    Это очень мрачная книга. Тут даже рисунки жуткие, на них никто не улыбается, ни взрослые ни дети. Автор не оставлет, кажется, надежды никому вообще. В лето в финале книги не верится, потому что его как будто и не может быть, о лете и жаре упоминается вскользь. Никому не сочувствуешь, никаких мыслей не приходит, просто будто проплыли перед тобой кадры в диафильме, застывшие и ничего не выражающие.
    Жаль.

  • Avatar

    |

    Счастье, которое уходит

    Книга грустная, проникновенная и прекрасная. И совпала с моим настроением, когда чувствуешь себя особенно одиноко, как Зван писал в письме Томасу: «Знаешь, что очень странно? Человек всегда очень одинок. Такое у меня чувство. Причем особенно одинок, когда он рядом с теми, кого он любит и кто его любит».

    Главный персонаж Томас сквернословит, пытается казаться глупым и недалеким, а на самом деле бесконечно влюбляется, трогательно любит папу и своих новых друзей Звана и Бет, и именно поэтому чувствует себя собой только в те моменты, когда скучает по их дому на Ветерингсханс.

    1947 год, послевоенный Амстердам. Трудная холодная зима, а Томас переживает прекрасное – он встречает друзей и дом, где ему хорошо, а когда приходится расставаться, он вырастает.

    Так много смыслов в этой книге и так много детства, что вспоминаешь свое: первый настоящий друг, ночевки вместе, бессонные ночи в одной кровати, когда времени не хватает на то, чтобы сказать все, что хочется. И всегда ощущение конца, что это счастье преходяще и уже не вернется: «Я уже начал грустить о том, что эти трое никогда больше не будут так лежать в одной кровати».

    И особо остро почувствовалось, что мир взрослых и мир детей – это две планеты: «Мы о них мало знаем, они о нас мало знают, хотя они когда-то тоже были детьми». Поэтому мне кажется, что эта книжка не только для детей, но и для родителей, чтобы они увидели, какими чужаками чувствуют порой себя дети в этом огромном и непонятном мире взрослых.

    Томас вырос той холодной амстердамской зимой, но «снег прошлого не хочет таять», потому что всю жизнь он хочет «помнить об этой тройке детей в кровати».

  • Avatar

    |

    И? Как писать рецензию на эту книгу? Тут не прокатит вариант «садишься и пишешь».
    Кто я и где?
    И кто мы все?
    И в какую зиму мы однажды взяли и выросли?

    eerste. Главный герой — десятилетний Томас, у которого год назад умерла мама. И в класс к которому переводится новый мальчик Пит Зван — его будущий лучший друг. Еврей. Еврей, которому повезло. А его семье — нет. Какие трудности могут подстерегать ребёнка в послевоенном Амстердаме? С чем ещё можно столкнуться, если тебе десять, отец уехал на заработки, тётя слишком похожа на маму, странный нелюдимый приятель становится лучшим другом, а его двоюродная сестра Бет — девчонкой, в которую ты по уши втрескался? Это была бесконечно длинная зима: с новым учителем, который явно не сторонник евреев, с разбитыми об лёд коленями, со странным большим домом новых друзей, с походами в кино и грустными вечерами, полными фотокарточек и детских слёз. Когда ещё ничего толком не понимаешь… кроме того, что тебе до ужаса плохо.
    tweede. Если человек уезжает в другую страну ради собственного блага, никого заранее не предупредив — можно ли это назвать предательством? Если человеку хочется жить там, где никто не будет считать его ненужным инородным телом, никто просто не будет обращать на него внимания. И если человек уезжает, чтобы помнить тебя и скучать? И чтобы надеяться на встречу, которой, вероятно, не будет. Заслуживает ли он прощения, если вам по десять… но вы были друг для другу первыми настоящими друзьями?
    derde. По общим ощущениям не похоже ни на одну из ранее мною прочитанных книг о детях времён войны или в послевоенное время. Это вообще ни на что не похоже. Наверное, дело не в Голландии даже, а в том, что основной акцент был сделан именно на то, каким образом меняется главный герой. Как он переживает смерть матери, переезд отца, новые знакомства, другую жизнь, вокзалы, чужие города, грустные рассказы, суровую правду о войне… Наверное, когда нам по десять, все личные проблемы приобретают статус проблем мирового масштаба. Всё кажется нелогичным, странным, иногда — нерешаемым. Непростительным. И вообще, самым ужасным. Но чем дальше…
    vierde. Язык книги именно такой, каким бы всё мог рассказать очень смышлёный мальчик десяти лет. Нет философии о геноциде, хоть она и предполагается, но рассказы Звана, его сестры и разговоры учителя сами обо всём говорят. Да, именно так бы всё и рассказал многого непонимающий уличный мальчик-«полусирота», умеющий хорошо чувствовать… и немного сквернословить)
    vijfde. Книга изначально была написана как детская. Пожалуй, да, нет в ней ничего такого, что смогло бы потрясти неустойчивую детскую психику, так что детям читать можно. Но, наверное, они много чего не поймут, будь то выходки главного героя, поведение отца Томаса, разговоры Звана или строгий характер Бет.
    Я жалею, что не прочла книгу этак в феврале, когда было так же холодно, как и на этих страницах. И настроение было соответствующее. Впрочем, я пока в Забайкалье, а тут сейчас не менее холодно:)
    А, ещё Томас мог и развеселить читателя:

    — И уж пожалуйста, будь с этой девочкой как можно любезнее, — говорит она. — Если она не очень красивая, то скажи ей: какие у тебя красивые глаза! А если она хороша собой, то скажи ей: какие у тебя добрые глаза! Хорошенькие девушки часто боятся, что все видят только их хорошенькое личико.
    — Она страшна как смертный грех, — говорю я.

  • Avatar

    |

    Мне до сих пор трудно понять, КАК взрослые пишут детские книги. КАК?
    Когда вырастаешь, все стереотипы и предрассудки уже у тебя в голове и так трудно их от туда выкинуть, даже если оочень хотеть.
    Наверное, нужно просто быть абсолютно честным с собой, с окружающими. Ни за что не бояться говорить правду детям. Быть с ними такими же серьезными и честными. Может быть в этом и есть секрет таких детских книг.
    Ведь можно сказать: «такое детям еще рано знать», «они не поймут», «как вообще такое можно детям читать»??
    Все у нас в голове. Стереотипы, рамки и все тому подобное.
    Книга прекрасна. Очень умная и честная.
    Там много трагедии. Но если по-честному — войти в жизнь любого человека (даже маленького), там трагедия по масштабу не меньше.

    Не бойтесь говорить правду. Только в ней сила и, если говорить пафосно, спасение.

  • Avatar

    |

    Очень настоящая книга.
    Про жизнь. Про очень тяжелую жизнь — глазами ребенка. Бесконечно одинокого. Про одиноких взрослых — глазами ребенка. Про самое страшное — глазами ребенка.

    Эта книга здорово передает именно поведение, мышление, порывы ребенка. Детскую логику. Детскую логику определенного рода детей. Одиноких. Забытых. Тех, кого заставили быть самостоятельными — слишком рано. Их манеру рассуждать и поступать. Способы, которыми такие дети пытаются доказать миру, что они справляются, что они смогут.

    Даже если это, возможно, не так…

  • Avatar

    |

    Не понравилось мне… :-(
    Не получилось у меня «радоваться вместе с Томасом и его друзьями», ибо книга ни о чем. :-(
    Как обычно, я повелась на восторженные отзывы…и, наверное, я сухая и черствая — вот никак мальчик Томас меня не тронул.
    Очень скучно было…

  • Avatar

    |

    Об этой книжке я писала подробную рецензию, повторяться не хочу. Скажу просто: книга отличная. И хотя героям по 12-13 лет, книга эта будет интересна и взрослым. Амстердам, 1947 год, город еще не «оттаял» после войны, но жизнь продолжается, и в ней есть все – любовь, дружба, расставания, потери… Я читала эту книжку взахлеб, поздно ночью дочитывала… И вроде бы там нет ничего особенного. А в то же время она особенная вся. Очень радуюсь, что прочитала.

  • Avatar

    |

    Дружба двух мальчишек описана изумительно! И вообще дружба.

  • Avatar

    |

    Практически каждый житель лайвлиба имеет в своей коллекции хотя бы одну книгу военной или послевоенной тематики. Ведь война — тема актуальная, болезненная. Разве был в мире хоть один день без войны? Большие заканчиваются, локальные продолжаются.

    В моей есть несколько таких книг. А про послевоенный голодный Амстердам уже вторая. Причем подряд. История очень простая. Умерла мама, отец уходит от воспитания, просиживая часы непонятно где, зарабатывая копейки. Спят с сыном в одной кровати, 47 год, безысходность, печаль, грусть. В школе бьет учитель, одноклассники пинают время от времени. Но это не заботит так сильно, как сочинительство безумных историй, которые на самом деле не случались. Вообще, прошу прощения за сумбур.

    Кто такой Томас? Томас — самый типичный мальчишка. Он не хулиган, но не прочь похулиганить. Он не пристает к девочкам, но иногда то…. сами понимаете… можно позволить. И у него совсем нет друзей.

    А, нет. Подождите. Кто там такой новенький пришел в класс? Неужели еврей? Снова эти несносные евреи?! Нужно его скорее как-нибудь опустить. Или…. Или нет? Возможно, он не так и плох? А сестра. Сестра у него прекрасная… Да, старше, да, зануда, еще и страшная как смерть. Но что-то в ней…

    Не дайте себе сойти с ума. Томас всю книгу держался на очень странных диккенсовских мотивах, словно перевирая действительность для всех, он создавал себе свою, новую действительность. Все эти старые фотографии, холокост, Германия, отец, брань при взрослых, легкомыслие. Все это было для Томаса реальностью, больше, чем нужно на самом деле.

    Отдавайте себе отчет, когда будете брать эту книгу от «Самоката». Да, издательство как обычно выбрало очень хороший подростковый роман, великолепно перевела и положила на полки. Но к таким откровениям сейчас, в середине нового десятилетия XXI века, готовы далеко не все. Каждые десять страниц затягивали меня в омут, все глубже и глубже. Но закрыв книгу я чувствовал опустошение.

    Если вы читали «Дом, в котором», и вам понравилось, то понравится и эта книга. Их нельзя сравнивать сюжетно, но можно настроением. Как сказал мой добрый друг:
    — знаешь, вот есть книги-антидепрессанты?
    — ну?
    — так вот это — депрессант.

    Нет, светлого в романе тоже много. Он ведь послевоенный, надо понимать. Люди надеются, что станет лучше, что еды будет больше. Что любить станет легче, ведь во время войны любовь была, на мой взгляд, слишком всепоглощающим чувством. Не каждый мог позволить себе любовь, ведь она была более чем губительна. Ну впрочем, кому я пишу, вы и сами всё знаете, дедушки и бабушки рассказали.

    Мой племянник, в свое время положительно воспринявший «Мальчика в полосатой пижаме» эту книгу тоже прочтет. Моим родителям, людям старой закалки, советовать не стану. Но в этот раз что-то очень личное вскрылось. Детишки могут и не осознать до конца.

    Извините за неровный почерк.

  • Avatar

    |

    ,, Немцы делали что хотели ,они уничтожали безумно много людей , безумно много детей и младенцев , причем не исподтишка , а в открытую , им это разрешал фюрер . »
    Я давно хотела прочитать книгу о послевоенном времени , так что мой выбор пал на эту .Тем более здесь повествование ведется от десятилетнего Томаса , который еще полностью не понимает , что такое война .
    На протяжение практически всей книги идет зима , а это как нельзя точно передает настроение .Но наш герой не ходит опечаленный как можно подумать .Он заводит друзей , влюбляется.
    Эта книга может показаться детской , но в ней затронуты такие темы , что я не спешила бы записывать ей +6

  • Avatar

    |

    Книга начиналась тяжело. Медленно и неохотно, лениво и сонно полз сюжет, а в след за ним и я.
    Но потом вдруг появился Пит Зван и наша с главным героем жизнь расцвела ярким цветом. А казалось бы — неприметный, тихий мальчик, из тех, кого принято называть «умниками». С ним было весело и интересно, а однажды оказалось, что он наш друг. Такие друзья появляются только в детстве — не потому, что у нас общие интересы или похожие взгляды на жизнь, а потому, что возникло какое-то неподвластное словам родство. И все. И ты запомнишь этого человека на всю жизнь.
    Потом выяснилось, что у «Званчика» есть сестра, строгая, «похожая на учительницу», сестра по имени Бет. С ней конечно, не так весело, но Томас, главный герой, не мог в нее не влюбиться…

    Дети, пережившие войну. Нет, они не сидели в окопах и не подносили снаряды, но к 1946 году они уже ничем не отличались от взрослых. Разве что пытались жить дальше. Для них существует только эта жизнь, сегодня, а прошлое припоминается смутно, как во сне. Пит уже и не помнит, какими были его мама и папа. Он знает только, что они были евреями, и за это, как говорит его сестра, их «уничтожили». Война закончилась, за это уже не убивают, но одноклассники могут поколотить, да и учитель не очень жалует.

    Пит сбежал от этой жизни в Америку, к дяде, где живут люди «не видевшие войны». Бет мечтает уехать в Палестину. А вот Томас снова остается один, без друзей.
    Правда, вокруг есть и взрослые. Мама Бет, вечно болеющая, в шаге от умственного расстройства, отец Томаса, живущий где-то не здесь, тетя Фи, добрая, но как и все взрослые ничего не понимает и не рассказывает. Есть еще другие взрослые. Они живут на комоде в комнате Бет, в строгих рамках и весело глядят со старых желтоватых снимков…

    Эту книгу я увидела в детском отделе магазина, но она совсем не детская, скорее она о детях. О детях, повзрослевших раньше времени, о друзьях и одиночестве, о войне и мирной жизни. Эта книга из тех, что напоминают взрослым о существовании особого мира, обитатели которого гораздо лучше и честнее, и может быть поэтому выживают несмотря ни на что.

    P. S. Не могу отделаться от ассоциации имени Пит Зван с прустовским Сваном.

  • Avatar

    |

    Детям сложно в нашем большом мире — и так многое непонятно, а взрослые еще и скрывают или не договаривают половину. А когда дети спрашивают о войне, геноциде, смерти, то искушение отмахнуться и уйти ответа, замять тему, сделать вид, что ничего и не было, очень велико. А дети крутят в голове наши полуответы, складывают пазлы в общую картину, что-то додумывают и дорисовывают, по-своему переживают. А потом проходит зима или лето, дети выростают и высказывают тебе — а я ведь понял сам, я узнал, но не от тебя, а ты, как ты мог смолчать и не сказать, не объяснить? 

    Дальше…

  • Avatar

    |

    Эта книга о зиме. О холодной зиме 1947 года, которая свела вместе дороги троих детей: десятилетних Томаса Врея, полусироту, как называет его тетя Фи и Пита Звана, сироту-еврея и его кузину – тринадцатилетнюю Бет Зван.
    Эта книга об одиночестве и воспоминаниях. О детях, которые живут ими. Да и не только детях…
    Эта книга о дружбе и взрослении, о влюбленностях и дурачествах, о разговорах ни о чем и обо всем.
    Эта книга о зиме. О зиме, после которой, как и всегда, наступает весна.

  • Avatar

    |

    Эта книга полна вероятностей.
    Вероятно она детская, либо вероятно я ее не понимаю. Но это было на удивление занудное чтиво, дочитала из принципа — а вдруг в конце будет АААх. Увы, не было. Кроме того меня на протяжении всей книги не покидало ощущение, что все персонажи имеют очень слабую связь с реальностью и общаются на уровне астрала друг с другом и с миром. Вероятно (опять эти вероятности!) я просто не общалась с детьми 10-13 лет, и поведение Томми, Бет и Звана вполне адекватное и в реальной жизни детишки так и беседуют друг с другом. И это нормально, когда тебе 10 лет вести диалоги из серии:
    — Ты замерз?
    — Я люблю яичницу, а устрица красная
    -Понятно, что такое скучать?

    Но примерно таким образом общаются и взрослые персонажи. И если тете Йос ( у нее не все дома) и папе мальчика ( который богЭма) это еще простительно, то школьный учитель, который в классе говорит ученику — «Я вас презираю» и рассказывает про то, как катался на велосипеде во время мобилизации, ведет себя точно также. Вообще поведение и манера разговора практически всех персонажей одинаковая. Конечно, родилась у меня мысль, что все это передается через призму восприятия мальчика Томаса, поэтому он наделяет всех вокруг теми чертами, какими он сам обладает, но по-моему это слишком глубоко.
    Сюжет очень медленный, я надеялась на описание Амстердама и его жизни после войны, а получила названия улиц и каналов. Действий мало, диалоги под конец меня уже откровенно раздражали внезапной потерей логики.
    По прочтении у меня остался один вопрос — И зачем все это было? Да, на протяжение всей книги маленький Томас узнал, что во время войны евреев уничтожали. Фоном идет тема, что среди мирных голландцев этот факт было не принято обсуждать. Почему-то. Но я не могу судить об этом по взрослым, которых описывают в книге, потому что они увы малоадекватны и с реальностью у них связи так себе. Еще есть тема дружбы, взросления, попытки смирится с потерями и жить дальше разными способами — на расстоянии или у бабушки. Но живости повествованию это не добавляет.
    Итого: я ожидала совершенно другого, то что прочитала не мое. Три звезды ставлю за очень красивые иллюстрации и полное осознание того, что у книги вероятно будут свои читатели. Вероятно.

  • Avatar

    |

    По-моему, есть детские книги, не предназначенные для детского чтения. Хотя, конечно, «+12» — это уже младшие подростки, а если уже все 14-16, то и вовсе рядом может быть экзистенциальное одиночество, смысл жизни, поиск дружбы, жажда (и страх тоже) любви. И тогда, вероятно, книга будет совершенно в пору.

    Короче говоря, мне 40 лет, я давно выросла. И я бы не стала советовать эту книгу малознакомым подросткам. А вот хорошо знакомым, возможно посоветовала бы. Особенно, если это одинокие подростки, не прибившиеся к подростковой стае. Таких совсем не так мало, как кажется.

    Книга, на мой взгляд, — про одиночество. То самое, которое в толпе и на площади. То самое, которое накрывает, когда внезапно понимаешь, какие все другие. Гораздо более другие, чем казалось недавно. А еще книга про дружбу. Про то, что дружба случается, хотя и кончается довольно быстро, потому что ничто не длится всегда.

    P.S. А еще в книге пишут про послевоенные годы (после второй мировой войны) и про то, как все, даже самые положительные, взрослые молчат про фашизм и убийства евреев. И делают вид, что «ничего не было», как будто они «не знали». И это вселяет в меня надежду, что у нас всё будет хорошо. Если голландцы сумели пройти путь от «мы ничего не знали» до современной толерантности, то значит это доступно и другим народам.

  • Avatar

    |

    Первые главы я раскачивался вместе с книгой. Они были какие-то вымороженные: приторможенный мальчик, словно бы замёрзший город, да ещё и послевоенная жизнь; само повествование текло невероятно медленно. И я даже стал опасаться, что так будет до последней страницы. Но спустя несколько десятков страниц внезапно почувствовал: вот она, оттепель! Вот, пробудилась! Нет, книга не перестала быть неспешной, до последней странички такой и осталась, верно, но эта неспешность приобрела совсем иной оттенок, она ожила, проснулась, как ожили её маленькие герои, их речь, эмоции, поступки и переживания.

    Вообще-то книжка Петера ван Гестела, она такая… немножко странная и чудная, чуть больше, чем немножко взрослая, даром что её друзьям всего по 10 и 13 лет, довольно грустая и серьёзная. Она про дружбу и одиночество, про воспоминания, про правду и враньё, про пап и странных тётушек. Вся книга — это воспоминания о том, что когда-то было и уже не вернуть, увы. Но эта зима была хорошей и запомнившейся навсегда.

    Я ещё никогда не писал такого жутко длинного письма. […]
    Знаешь, в чём дело, Томас? В Голландии у меня не было воспоминаний. Про Девентер я мог вспомнить всё-всё за какие-то две минуты, понимаешь? Я не помнил никого из предшествующей жизни. В детский сад я не ходил, на улице не играл — вспоминать нечего. А теперь в Америке у меня много воспоминаний. Я вспоминаю ту прогулку по городу вместе с Бет и с тобой. Вспоминаю тот чудесный фильм. Мы оба влюбились в Марию Монтес, помнишь? Очень приятно быть влюблённым вместе с кем-то другим. Тебе тоже понравилось? И это такие воспоминания, для которых надо много времени. Не меньше чем полночи.

    И ещё, здесь не прямолинейно в лоб, но довольно ясно поднимается и тема геноцида еврейского населения, ведь сам фон, на котором прошла эта одна «зима, когда они выросли», именно таков. И это и объединяет их, и пугает. А я упоминаю это скорее для родителей, которые думают дать книгу детям — чтобы они понимали, что тут есть и какой базис для книги нужен.
    Очень непростая книга. Но она точно стоит того, чтобы её прочитать. Но я даже не найдусь сказать, в каком возрасте. 8-10 лет? Рано? Или уже нормально? 12-13-15? А в 20 лет? А в 30? Поздно? Наверное, не поздно. А кому-то в 10-12 рано. На самой книге пометка «12+» Я бы сказал — «от 12 и до…» А вы просто читайте.

    А ещё в книге довольно немало рисунков, чёрно-белых, угловатых, как и сама рассказанная история, а потому очень ей подходящих. Правда, мне не очень-то приглянулись сами лица мальчиков на некоторых иллюстрациях, но в остальном — очень даже понравились.

    Жаль, что я валялся с книжкой в постели и не мог встать к стикерам, чтобы тут и там делать закладки и пометки, и потому не смог отметить все те цитаты, которые так хотелось. А ведь уже одно это подталкивает перечитать книгу, что я, собственно и делаю, пока вот сейчас пишу. Но несколько моментов в конце книги я успел взять на заметку, просто запомнил номера страниц (спасибо, память на цифры! :) Правда, эти цитаты в основном оказались меланхоличными, но поверьте, там много и оптимистичного и хорошего!

    А за последние 10 страниц, за письмо десятилетнего маленького взрослого человека можно с лихвой поблагодарить и автора, и издателей с переводчиком. Даже если бы сам роман мне не особо понравился, это письмо окупило бы многое. Но роман-то мне понравился!

    И ещё мне кажется, эта книга как раз из тех, что при перечитывании понравится ещё больше, чем в первом знакомстве; ещё больше проникнешься, погрузишься, впитаешь. Во всяком случае, у меня будет именно так, уверен.

  • Avatar

    |

    Какие «Самокат» всё-таки молодцы, а.
    Любовь к делу чувствуется в каждой книжке, и если бы не их работа, не видать нам многих прекрасных вещей — как, например, этой вот книги о мальчике, который уже повзрослел, но остался ребенком.
    Я очень редко подчеркиваю что-то в книгах (больше от лени, чем от бережливости), закладки делаю какие-то или выписываю фразы. Тут же книжка после чтения превратилась в пухлый такой бумажный букет — загнутые уголки, помятые странички от чтения в полном людей троллейбусе. Вид нетоварный, но я ее никому не отдам и однажды снова вернусь, а потом отдам кому-нибудь маленькому и умному. Надеюсь, с комментарием «первое российское издание знаменитой книги».

  • Avatar

    |

    Книга душевная, но для меня она оказалась слишком длинной. Имеенно для меня в этом повествовании автор в чем-то «не дотянул», а потому с этой книгой я планирую расстаться, и с автором знакомство не продолжу.

    Книга рассказывает об одном кусочке бесконечной зимы в Амстердаме, когда трое детей искренне дружили. Зима кончилась, а с нею и дружба. И от этого вся книга горчит. Мальчик-автор на страницах живет прошлым, а с ним и все герои, и никто из них не хочет ни настоящго, ни будущего. Книга все внутри замораживает, потому что в ней слишком много снега, утрат и грусти.

    Есть фильм «Мечтатели», так вот «Зима» по настроению очень похожа на этот фильм.

Купить бумажный вариант книги

Боевики
Холодная кровь

Роман Глушков

Грубые развлечения

Владимир Колычев

Ангел по имени 112

Михаил Серегин

Детективы
Яд Фаберже

Анна Данилова

Трам-парам, шерше ля фам

Наталья Александрова

Полиция на похоронах

Марджери Аллингем

Детские книги
«Логово тигра»

Энид Блайтон

Королевство Единорога (сборник)

Елена Федорова

Домашние животные
Близкие контакты пушистого вида

Том Кокс

Красноухие черепахи

Анастасия Красичкова

Любовные романы
Счастье в наследство

Элен Бронтэ

Из пункта «Д»…

Оксана Калина