Современная проза

Когда человек пишет о том, что ему знакомо, близко и волнует – получается яркое и неравнодушное произведение. Вот так через судьбу профессионального моряка Владимира Коковцева мы видим большой кусок жизни российского флота – от конца 19 века до 20-х годов века 20-го.

Валентин Пикуль не был профессиональным моряком, но во время войны служил юнгой на эскадренном миноносце и любовь к морю осталась у него навсегда . Это видно и в романе. Явное и неявное противопоставление мира моряков-профессионалов и правительства, неважно какого – царского ли, ГосДумы ли, временного ли, советского ли пронизывает весь роман. Никогда не было согласия, всегда имелась некая бравада и сопротивление – «что они понимают в нашем деле». В общем-то, в любом деле не припомню случая, когда профессионалы согласны с действиями любого правительства, это у нас в крови.

История Цусимского сражения, о нем любят писать, как о постыдной странице нашей истории… Но почему так сжимаются кулаки, когда читаешь о нем у Пикуля? Все знаешь заранее, и про гибель броненосца «Ослябя», на котором служит сын главного героя, и про исход битвы – и все же думаешь, а вдруг? И бешено злишься на «начальников» под «шпицем», которым издалека виднее, как вести бой и как побеждать при отсутствии… всего.
Как интересны и трагичны фигуры русских флотоводцев – адмирала Макарова, адмирала Рожественского. Какая вечная проблема – Герой и толпа, которая может и превознести человека и освистать, а что страшнее для русского офицера…

Немного инородным выглядит неожиданное цитирование слов Ленина о роли русского моряка, зачем это нужно? Так и видится редактор издательства со словами – «Что-то у вас, Валентин Саввич, мало сказано о направляющей роли партии»

А сам герой… Он банален, скучен, непорядочен как человек, неинтересен как личность. Но моряком он был достойным, и не могу поставить ему в вину ни одного служебного проступка. А то, что любить он не умел – ну так не дано. Ни жену, чью любовь и преданность он так и не разглядел, ни вульгарную любовницу, от которой кроме дряблого тела ничего не получил, ни японскую жену, от которой он только брал, ничего не отдавая взамен.