Фантастика

Кесаревна Отрада между славой и смертью.

И ты живешь тихой мышкой в общежитии при педучилище провинциального города. А на что еще сироте без единой живой души на всем свете рассчитывать? В учебе с неба звезд не хватаешь, подружки есть, как без этого? А парня нет, откуда ему тут взяться? И ничем не выделяешься из толпы, ну, может быть особой внутренней чистоплотностью. Ну и хорошо, коли так, отсутствие брезгливости девочку в твоем положении знаешь, куда завести может?
И появляется человек, который объясняет, что вовсе ты не сирота Саня Григорьева, а наследница престола далекой державы и родни у тебя там целая куча. Не простой человек, а сильный, умный и добрый. И красивый. Самый. Он тебя домой и проводит.
Расслабьтесь, девочки, это не история Золушки. И даже не любимый фэнтези-сюжет о возвращении короля (королевы). Мы в начале долгого пути, в ходе которого придется платить, платить и платить. Будет страшно, больно, горько, непонятно и одиноко. И так больше тысячи страниц. И вы ни-че-го не поймете и бросите ближе к концу, разобидевшись на книгу и на автора, как он мог? Такое было начало! И будет проходить время, а недочитанная книга тихонько и осторожно станет скрестись-постукивать к вам в память. Пока, досадуя на себя за готовность растранжирить столько времени, вы не возьмете ее снова. Против ожиданий, все будет понятно, на сей раз. Приключения и странствия героев увлекут так,что отрываться от них будешь, как в детстве, со стоном. А красивый, образный и яркий язык Лазарчука-стилиста - радовать на протяжении всего долгого чтения. Так было с "Кесаревной отрадой" не у меня одной, что позволяет предполагать некую закономерность. Страсть ли Андрея Лазарчука делать из книг изящные головоломки так сыграла. Или забавляется с нами, читателями, сам роман, но второе чтение дает много удовольствия и не оставляет вопросов. И помогает ответить на собственные глубинные, в которых и не чаял помощи получить, беря в руки книгу.
Непростой петляющий, свивающийся кольцами, ветвящийся, а после неожиданно делающий бросок в сторону, сюжет. Количество героев, сопоставимое с населением небольшого городка и тщательно выписанные отношения между ними. Сложнейшая космогония с начальным миром в сердцевине и созданными его чародеями мирами кузни. В начальном горит железо, оттого прогресс в нашем понимании там невозможен, ни тебе парового котла, ни бензинового двигателя внутреннего сгорания. Масштабные батальные сцены. Изощренные интриги. Любовь, рвущая сердце. Неожиданный, ни с чем прежде виденным-слышанным несопоставимый яркий финал.
Один из героев другого произведения того же писателя создает циклы картин "Люди моря", "Люди цирка". этот роман о людях долга.