Современная русская литература

Роман М.Шишкина «Письмовник» получил премию «Большая книга» в 2011 году. Это действительно большая книга – по силе восприятия, по количеству тем и героев, по концентрации мыслей и чувств, по замыслу автора.
Каждый раз удивляешься, когда старинному жанру романа в письмах авторам удаётся дать новую жизнь. Впрочем, ведь люди и времена различны, каждый новый письмовник – открытие. Беспредельная откровенность - пожалуй, основное отличие таких текстов. Ведь герои пишут лишь друг для друга, не подозревая, что кто-то ещё сможет заглянуть в то, что для чужих глаз не предназначено.
И на этот раз перед читателем переписка двух молодых людей, Володи и Саши, Сашеньки, Александры. Конечно же, о любви, о чём же ещё? Конечно же, письма пишут вдали друг от друга. Суровым испытанием наградил автор своих героев, отправив Володеньку на войну, где ему открываются истины, уже давным-давно открытые человечеством, но когда ты сам – сам! – проживаешь такое каждый день, насколько ценнее и важнее они становятся.

«На самом деле неважно, победить или побеждённым, потому что единственная победа на любой войне – это выжить».

Легко читать об этом, а понять и понимать потом каждую секунду? Впрочем, нет. И читать об этом тоже нелегко. Здесь вообще, кажется, лёгкого нет ничего.
В романе, в этих письмах, есть такая концентрация чувств, что она буквально давит, физически, когда вам становится тяжело дышать. Есть моменты потрясающе пронзительные, которые потом никак не вынуть из памяти.
Здесь так много всего, явного и скрытого, чего-то, что идёт от сердца, а чего-то – от разума, чего-то очень понятного и в то же время неявного, когда лишь кажется, что ты ухватил смысл сказанного. При кажущейся простоте написанного всё вдруг оборачивается совсем иначе. Сон? Иллюзия? Или это пишет уже другой человек? Или это вообще не имеет значения, потому что речь о вещах общечеловеческих, которые могут происходить не только с Володей и Сашенькой, но с каждым. И с тобой, и со мной… Пожалуй, единственная конкретная примета – это война, куда попадает герой. Явно названы Китай, Пекин, речка Пейхо, ихэтуани. И всё это происходило в 1900 году. Однако в письмах Володи мелькают упоминания о том, что будет происходить много позже или, наоборот, много раньше, но так, как будто это происходит именно с ним. Роман словно поднимается и над временем, и над пространством, потому что в нём безымянная дача, безымянный город, безымянные улицы, практически нет примет времени.
Трудно перечислить, о чём роман. О любви, об этом хочется повторять так же часто, как пишут о ней герои. «Только сейчас, в такой дали от тебя, родная, понимаю, как мало я тебе говорил о своей любви, о том, как ты мне необходима! Я держусь за тебя, как за саму жизнь. Это трудно объяснить, но то, что я ещё дышу, вижу, - всё это только потому, что я тебя люблю».
О том, как она меняет человека. О простых истинах, но они потому и просты, что без них нельзя прожить, как без воздуха.

«Только здесь пришло понимание, почему так необходимы ненужные вещи».

Необходимы ненужные вещи? Парадокс? Вовсе нет.
Об изменах тоже.
О жизни и смерти. О жажде жизни и об уходе из неё. О силе слова и о том бессмертии, которое оно может дать.

«В начале было слово». И вот слова его остались, а он – в них, они стали его телом. И это его единственное реальное бессмертие. Другого не бывает».

О семейной жизни. Об отношении детей и родителей. О творчестве. О море и снеге.
Здесь есть очень красивые моменты, когда слово становится почти живописью, а проза – поэзией.

«Так здорово, что зима и снег! Особенно снег! Пришёл всё пересотворить». «Настил набережной – дощат, от брызг прозрачен, будто дыры в небо, и в досках отражение чаек».

Здесь есть сцены, которые накалывают тебя, как ещё живую бабочку. Ты ещё хочешь вырваться, тебе больно, а некуда. Так и остаёшься прицепленным к этому тексту.
И всё же есть что-то, что мешает. Тебя не только прикололи, но ещё и повредили крыло, а жаль…И зачем?
Во-первых, есть моменты, в которые я не смогла до конца поверить, а когда появляется хоть какое-то сомнение, тебя словно выбрасывает из текста, как на обочину, откуда ещё предстоит выкарабкаться. Это даже не то, что папа-дирижёр вдруг становится полярным лётчиком. Это придуманная нашей героиней вторая девочка, её аlter ego. Ладно, у всех свои причуды, но эту вторую девочку вдруг начинают видеть и другие люди, разговаривать с ней, потом так и не давало покоя, что с героиней что-то не то. Совсем не то. Верить ей до конца это очень мешало.
Во-вторых, я не уверена, что писать (в письмах ли, в книгах) нужно абсолютно обо всём. Надо ли описывать, как маленькая девочка видит, как оценивающе смотрит дяденька на пляже на грудь её матери? Спустя много лет она пишет об этом в письме любимому. Но это не взгляд ребёнка, который ещё строит с папой замки из песка. Это взгляд взрослого автора, у которого пробудились какие-то глубинные комплексы. Вообще не раз посещали мысли, что у него что-то странное в детстве происходило…
Мне кажется, что человек имеет право на молчание о каких-то вещах. На тишину. Стареющее тело. Тело твоей матери. Твоего отца. Да, ты видишь, что природа сделала с ними, ты несёшь этот груз… Но на кого ещё ты хочешь его переложить? Я понимаю, когда автор описывает ужасы войны. Да, жутко. Да, отвратительно, но понятно. Но зачем другое? Старость, немощь некрасивы и страшны. Да, мы все таким будем, но что можно с этим поделать, что изменить? Мне как-то обидно за тех людей, кого нам такими показали.
И всё же, это действительно стоящая и большая книга. Однозначно читать. И перечитывать.

«… мы – единственное живое существо, знающее о неизбежности смерти. Поэтому нельзя откладывать счастье на будущее, надо быть счастливыми сейчас».

Легко сказать...